саша денисова (glafirum) wrote,
саша денисова
glafirum

Category:

ТТ-6: история с окном

Вот, к примеру, фраза: можно все простить за…
Осознать ее возможность почему-то здесь, в Бельдиби – когда вокруг ноги в шлепанцах, залакированные водой и вечерним сливочным светом – можно все простить за что-то одно.
Как будто бы на товарные весы допустимо взгромоздить мучной куль вины и ухнуть противовесом чугунное с ожогом печати прощение?
Весы аптечные: на ниточках колеблются доли, крошечные гирьки, воздушные вакуоли, крупинки яда.
Они же лекарство, если присобачен ярлычок вроде магнетикум йод, иначе говоря, если знать, а если не знать?
То есть, стереть, смахнуть школьной тряпкой улыбки.
Как бы сменив надутость на дружескую ногу распевки прискоком в коридоре, когда на пару влетаешь в класс, не очень вписываясь в дверной косяк.
И вот улыбаешься, будто бы вертишь незабудку между пальцами. Когда прощаешь большое всё за что-то одно.
Но незабудки нет.
К примеру, каждый день тебя больно-пребольно расшибает о стену одноклассник, потрошит твой пенал и разбрасывает ручки, карандаши и драгоценные иглы дикобраза, хранившиеся в донце, по всему классу, и ты, суматошно собирая добро под железный обжиг звонка, кричишь его синей сутулой спине: «Козявин, чтоб ты сдох!»
А потом Козявин пишет пронзительное (как любит говорить Омамка) сочинение и классручка читает его всему классу, сдерживая слезы, а Козявин конфузится, а ты тоже слушаешь и думаешь, как же этот долговязый задира мог так написать, будто бы качаются качели и на этих качелях -- ты. И простые очень слова складываются в остов качелей, и в доску на перекладинах, и в ветер, оседающий в волосах, когда крутишь «солнышко», и будто бы на этих качелях уже весь мир, и классручка противная, и даже Козявин.
И пока она дочитала, я уже все простила Козявину.
За секунду воробьиная нахохленность обиды превратилась в верчение незабудки. Потому что сердился на него за что-то человеческое, а оказался опрокинут, сбит с ног – чудесным.
А потом меня вызвала классручка к доске – у нас были внешкольные занятия по сексуальной безграмотности! – и спросила строго: знаешь ли ты, что Козявин в тебя влюблен? Я не знала. Потом нас усадили вместе и это был почти брак: я отстаивала середину парты, следя за пронырливым локтем Козявина. Спорили, как пишется «Битлз». Я была не права, Козявин соглашался. После двадцати мы однажды встречались: Козявин стал пастором в Подмосковье, родил троих детей, он прилично знал древнегреческий, я плохо: обсуждали.
Никакой дружбы из рассыпанных пеналов не родилось. И не об этом речь.
Просто когда видишь эти качели в человеке, видишь, словно включается чудесная лампочка над операционной, то за секунду ты в нем что-то понимаешь очень большое. Как небо. Небо? И получается, что в словосочетании «простить большое всё за что-то одно» инверсия перемалывает громадину обиду в труху пепла: взамен видишь в человеке несказанно большее. Оно не касается ни тебя, ни даже его. Подберешь карандаши, ссадину потрешь – и ладно.
Вот такая же история и случилось с окном.
Придешь к человеку, посмотришь, как у него на окне все обустроено – и тот же качельный ветер застревает в волосах. Если верить тому давнишнему уже воспоминанию, схваченному с пристальной остудой обиды, с лихорадочным промельком небрежения, то в окне таяли и истончались до молочно-белого пара фарфоровые бочоночки посуды, затверживали застывший воздух таблетки ромашек, вскинутые к свету, подтачиваемые широким натиском темноты, ее травяным, корневищным гулом. Лужей мигал поднос.
Укутанные в белизну, воздух, свет предметы цилиндрически вращались вокруг оси, весело, барабанно, как крохотные буддисты, вертели ими подбличья. На краплачный грозовой кофейник наползала туча цветов: но останавливалась, не умещаясь в окне, оседала нахохлившимися остриями листьев.
Прихваченные морозцем запоминания белильные предметы, наверченные вокруг себя, как сахарная вата, очень хороши, правда, и это сталактитовое имя, или как там правильно, в общем, поправь, не помню…
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments